Из жизни карамели  - Виктория Платова

– Это затратно. – Рыба внимательно осмотрел метровые пластиковые буквы, намертво пришпиленные к металлическому кронштейну.

– Другого выхода нет. А… какое название предложили бы вы?

– Не знаю… В зависимости от того, что за слой населения вы собираетесь привлечь…

– Платежеспособный, естественно.

– …и мы опять возвращаемся к кухне.

– Вам самому какая больше нравится?

– Европейская. Средиземноморская… Русская, в конце концов. Но я бы остановился на средиземноморской.

– Хорошо. Давайте остановимся.

– Так вы согласны?

– Вверяю себя в руки профессионала.

– Теперь прикинем название. Что-нибудь географически соответствующее… «Барселона», там, или «Венеция». Или «Мальтийский сокол». А можно придумать нейтральное, но чтобы выглядело посолиднее. Чтобы обыватель примерно представлял себе, куда идет и сколько денег придется выложить. Это ведь будет дорогой ресторан, я правильно понимаю?

– Не дешевый, – подтвердила Вера Рашидовна.

– Можно назвать заведение «Фаворит». Слово многозначное…

– Можно, – согласно закивала головой работодательница. – Но только такой ресторан в Салехарде уже имеется.

Рыба огорчился: из множества точек общепита, в которых он когда-либо работал, две функционировали под именем «Фаворит» и с этими двумя у шеф-повара А. Е. Бархатова были связаны самые теплые воспоминания. В самом прямом смысле теплые, ведь обе эти точки находились в условно-субтропической курортной зоне между Адлером и Туапсе.

– Тогда «Император».

– Есть такая сауна. Можем посетить ее… в порядке ознакомления с местными достопримечательностями и сферой досуга…

Снова эти эротические нотки! Да еще приправленные томным взглядом коровьих глаз либен клейне Габи из немецкой порнушки!

– Ну, это подождет, – скоренько прервал ненужные поползновения Рыба-Молот, перекладывая руку г-жи Родригес-Гонсалес Малатесты со своего колена на ее собственное.

– Конечно, подождет. – Высоко вздымающаяся грудь и раздутые ноздри Веры Рашидовны недвусмысленно намекали: ждать она может сколько угодно… до разумных пределов.

– Я была замужем за испанцем, – неожиданно призналась она. – А до этого – за итальянцем…

– Здесь, в Салехарде? – ступил Рыба.

– Зачем же здесь? Здесь испанцы не произрастают. И итальянцы тоже. Климат дерьмовый. Прекрасное здесь не приживается, гибнет на корню.

– Как же вас сюда занесло?

– Действительно, как? Теперь уже и не припомню точно… А вы похожи на итальянца. Таакой Казанова…

– Может, назовем ресторан «Казанова»? – сказал Рыба. Только для того, чтобы отвести Веру Рашидовну от оврага, на дне которого неплохо просматривалась вероятность измены мужу.

– Прелестно! – с энтузиазмом поддержала Рыбу потенциальная изменница. – Но у нас уже есть магазинчик для взрослых с таким названием. Кстати, можем заглянуть и в него. Хи-хи-хи… Вам уже исполнилось восемнадцать?

– Нет. Только будет. В июле следующего года.

– А вы шутник. – Вера Рашидовна игриво погрозила Рыбе наманикюренным пальцем. – Шутник и Казанова в одном флаконе. И душка… сущая душка!

Кем-кем, а Казановой Рыба-Молот не был никогда. Как не был шутником и душкой. И назвать его русопятую, расплывчатую внешность «итальянской» мог только идиот. Или человек с альтернативными взглядами на антропологию. Или… человек, живущий в своей собственной реальности, а попросту – сумасшедший. Сумасшедшей Вера Рашидовна не выглядела, как не выглядела идиоткой и ученым-антропологом. Следовательно, ее сознанием искусно манипулируют, подсовывая нужную картинку. И Рыба видел манипулянтов в лицо, вернее – в мерзкие волчьи и оборотневые хари. Вмешательством этих харь и объясняется неожиданно вспыхнувший интерес салехардской дивы к ничем не примечательному повару Саше Бархатову. Ничем другим.

Из создавшейся ситуации можно было бы извлечь дивиденды, и тип менее порядочный и чистоплотный, чем Рыба-Молот, обязательно ею воспользовался бы.

А Рыба не будет. Ни за что. Хренушки.

Вот если бы…

Вот если бы на месте Веры Рашидовны вдруг оказалась Изящная Птица!

Тогда бы Рыба не устоял и рискнул попытать счастья в долине Арарата, у животворящего источника, где пьют воду королевские олени с пумами и гепардами, а в полдень приходит единорог…

– …Ну я так не играю! – Вера Рашидовна капризно надула губки. – Вы совсем-совсем меня не слушаете!

– Отчего же? Слушаю. – Рыба с трудом оторвался от созерцания долины Арарата. – Может быть, пройдем в ресторан?

– Да-да, конечно. Тем более что люди уже ждут.

– Люди?

– Сотрудники. Я собрала их специально, чтобы вы могли со всеми познакомиться. Вариант, правда, не окончательный, и вы в любой момент сможете переукомплектовать штат… С приличными работниками здесь напряженка.

– С приличными работниками везде напряженка, – веско заметил Рыба.

– Но мне, кажется, удалось заполучить самого лучшего…

Вера Рашидовна в очередной раз попыталась завладеть коленом Рыбы-Молота – и завладела бы, если бы он не выскочил из джипа как ошпаренный. Вздохнув, напористая дамочка последовала за ним.

Перед тем как войти внутрь здания, она еще раз взглянула на вывеску с не внушающим никакого доверия словом «НУМБЫМГОЙ».

– Действительно, ужас! Демонтировать, и немедленно!..

Помещение ресторана оказалось довольно вместительным: метров сто, не меньше. Сейчас оно пустовало, лишь в дальнем углу стояли штабеля одинаковых деревянных ящиков.

– Мебель, – пояснила Вера Рашидовна. – Стулья, столы, барная стойка… Барная стойка как раз и будет там, где стоят ящики. Это удачное место, как вам кажется?

– Вполне. А где же… сотрудники?

– Сейчас поищем.

Сбившихся в кучу сотрудников они обнаружили на кухне, которая в скором времени должна была стать вотчиной Рыбы-Молота. Их было немного, всего-то пять человек – четыре мужчины и одна женщина. И все они (за исключением одного) напомнили Рыбе Николашу: те же круглые плоские лица, тот же разрез глаз, те же жесткие черные волосы. А женщина еще и подходила под описание пропавшей гражданки Ханытпек – в части красного байкового халата, розовой кофты и резиновых сапог. Только мохерового берета при ней не оказалось.

– Представители коренной национальности? – поинтересовался Рыба у Веры Рашидовны.

– Николаши, подлеца, родственники, – ответила та.

– Имеют опыт работы в общепите?

– Затрудняюсь сказать… Но кушают они хорошо.

Заведя Рыбу-Молота на кухню, Вера Рашидовна тотчас исчезла, шепнув напоследок: «Знакомьтесь с персоналом в непринужденной обстановке, а я загляну через часок. Поедем куда-нибудь, пообедаем». Оставшись без назойливого попечительства г-жи Родригес-Гонсалес Малатесты, Рыба вздохнул с облегчением и приступил к знакомству.